Синдром Бобчинского

Дорогие друзья,
вы ведь хотите помочь мне выбрать тему диссера? Тогда выберите: 1, 2, 3, 4. А? Нет, конечно, последнее слово за мной, но хочется знать ваше мнение.
Вот все говорили "5! 5!" (это когда на выбор было от 1 до 9), а я взяла и убрала 5 вовсе.
Только думайте не о том, что "эта цифра мне нравится, а эта не очень" - ненаучно, сами понимаете.

Раз уж я никогда, наверное, не найду стоящей темы для диссертации, пошло оно всё на хуй, что ли - напишу про Горняк.

Хочется, чтобы в избе было жарко натоплено. Слушать музыку с кассетного магнитофона, иногда выбегать в холодные сени (поставить чайник), а когда будут стучать в окошко, улыбаться им - чтобы скорей-скорей-скорей проходили в тепло.

Ребята написали, что с утра пьют водку. Одна я в библиотеке: Василий Поздняков, Трифон Коробейников, хуё-моё. И ведь зря - написана диссертация, плохая, бестолковая, но написана.
В пизду.

Передо мной два непреодолимых препятствия (разной степени непреодолимости). Преодолеть оба необходимо. Не могу решить, за какое взяться сначала.
И теплится - теплится ведь, никуда не деться! - надежда, что одно (то, которое самое непреодолимое, то, от чего погано на душе) преодолеется само собой, исчезнет, лопнет. Что же - отчаянно возжелаем. Может, что-то из этого и выйдет.

Развлечения, предлагаемые в ф-ленте почти всегда привлекают моё внимание, но результат, как правило, скучноват или туповат. А тут - прелесть какая!

Особенно выигрышным мне кажется начало хокку - точка (отмечу, что и во втором испробованном мной варианте хокку начинается с точки:

).

О моих переживаниях по поводу кривизны ног всем известно. Долгие годы меня пытались утешать тем, что, мол, вовсе они у меня не кривые. Я терпеливо слушала, смотрела на ноги - и всё равно видела сведенные друг с другом коленки.
И только Ва. (прибавляю по букве, как обещала) сумел меня успокоить. "Какая мне разница, кривые у тебя ноги или нет, главное, что красивые". Мне кажется очень изящным объяснение, суть которого состоит в том, что ноги делятся не на кривые и прямые, а на красивые и некрасивые. Категории эти оказываются напрямую не связанными, что производит необходимый эффект, и начинается новая жизнь - в гармонии со своими ногами.

Появление в доме гуаши и кисточек очень разнообразит мою жизнь. Вчера у меня родились синие усы, сегодня днем зеленые, теперь красные. Всё, что кроме, невыносимо. Ну а чего - лето уходит ("и это хреново" - да?). Тоска по Горняку, в пятницу сопровождавшаяся получасовыми рыданиями, не исчезает.
Я мечтаю о том, что устроюсь на работу, а потом - через пару лет - уволюсь и на всё лето уеду на Горняк. И там будет также пиздато, как в 2003, 2004, 2006, 2008.
И боюсь, что когда-нибудь, когда у меня будут дети, они не будут любить Горняк. Я понимаю, что такого не бывает, что у нас всех Горняк - это религиозные взгляды, деятельность и интересы, но вдруг нарожаю уебанов каких.

Тоска по лету и Горняку - это всегда тоска по юности и счастью, и всему тому, что было впервые.
На Горняке никогда не бывает одиноко.
Там вообще тепло и апельсины.

Вернулись из Праги - все уже прочитали у моей дорогой Н.

Читаю подаренную В. книжку "The Tale of Mrs. Tiggy-Winkle": это та, которая в нашем русскоязычном детстве была про Ухти-Тухти. Там даже картинки те же самые:
( умилительна )
Моего приезда дожидался кактус - самое верное растение на свете - давно выбросил стрелу, а раскрылся в граммофончик вчера к ночи. Уже погиб, конечно.
Купила разной-разной пряжи и буду вязать колпак или шарф, может, даже свяжу.
Это я всё к тому, что у меня очень уютный день.

Лето проходит в переездах с места на место. Сегодня предстоит очередной. Ох.

Главное, не думать. Два года назад я научилась это делать лучше, чем кто бы то ни.
А.

Всё хорошо.
Отсюда тоска по безысходности февраля, когда ничего не было понятно, кроме того, что всё летит в пизду. Я  (в общем-то, беспричинно) страдала, пила и худела.
Наверное, это как-то связано с обязательным для сами-знаете-кого желанием пострадать.

В пятницу проводили в фольклорку Т.
Сегодня проводили в Бурятию Петрову
Завтра уеду я (догонять Т.)
В понедельник уедет в диалекту Н.
Ну все понимают: в Мск делать теперь нечего.
Разъехалась седьмая английская.
Люблю, целую, сами знаете.

Сколько волка не корми, он всё равно в лес смотрит
или
мне очень хорошо сейчас здесь, даже не скучно, но как же хочется на Горняк, черт.
____________________________________________

Недавно Алёнка случайно отметила главное отличие Горняка от города Е.: в город Е. нет смысла ехать людям непьющим, а на Горняке и трезвому хорошо, даже одному хорошо. И никогда не страшно.
____________________________________________

Через месяц будет два года, как А..
Неужели я снова не смогу приехать? Подсознательное нежелание вспоминать, что ли.
После этого многое изменилось, если так подумать. Я научилась пить до беспамятства, устраивать презираемые раньше пьяные истерики и вообще делать то, за что потом долго бывает стыдно.
И, конечно, я иногда говорю об А. тем, кто не знает и кому - поэтому - не следовало бы говорить. Это отвратительно, но молчать не получается. Спекуляция. Хочется быть девушкой с трагическим прошлым и чтоб пожалели - другого объяснения не нахожу.

upd. Позвонила мама, сказала, что Сашка просил передать привет и напомнить, что "скоро лето".

Все-таки ничто не поднимает самооценку лучше, чем поход в парикмахерскую. Нет, результат почти всегда одинаково уебищен (но я привыкаю и смиряюсь, к тому же страдание облагораживает), но за всю жизнь только один парикмахер (но он был пидорас, поэтому предлагаю его не считать) не восхитился цветом моих волос - приятно.

Как же хочется поскорей на Горняк. Спать не просыпаясь, пить не просыхая, мотаться по дорогам, не думать, никого не понимать, ничего не хотеть.

Поняла, в чем единственное не обусловленное возрастом отличие Н. от моей мамы: марка геркулеса, из которого по утрам варится каша. (это я, вообще-то, к тому, что мама сейчас на Горняке, но я страдаю меньше, чем обычно, потому что, наконец-то, через пять с лишним лет, поняла, что Н. и моя мама принципиально ничем не отличаются).

Раз в десять лет матушка пытается отправить меня в заведение, которое она деликатно называет даже не психиатрической лечебницей, а "какой-нибудь хорошей клиникой". Вчера была первая в эту декаду попытка. Я даже не знаю, чем мотивировать отказ. Обещать бросить думать и пить, что ли?

В случае с завтрашним госом мне остается надеяться только на милость судьбы. И ладно бы не готовилась, нет, просто ничего не могу запомнить.
Итак, начинаю уповать.

Конечно же, если более 80% произведений древнерусской словесности - жития, очень логично появление в билетах к госу вопроса "Жанр повести в древнерусской литературе: история и поэтика" (я даже "Слово о полку..." готова принять, хотя шумиха вокруг него по-прежнему кажется мне необоснованной, но повести - да еще и жанр - вместо житий!).

И вообще, несправедливо. Какое дело мне - как древнику - до этих ваших Бродского и Фета? Если ты фольклорист, сдавай фоьклор, древник - фольклор и древню, восемнадцативечник - фольклор, древню и восемнадцатый век и т.д.
*да, насчет последнего я капризничаю*

Если я не уеду в эти выходные на Горняк, я сойду с ума. Да, знаю, вернусь - будет также тяжело как сейчас.
Как бы так отмотать лет на шесть, чтоб всё лето на Горняке. Мне же неважно, какая там погода: даже проливной дождь, который сутками не кончается - чепуха. Можно лепить из пластилина и печь пышки. Или сидеть в темноте с тазиком под протекающей крышей амбара, играть в города "ДмитрийПетрович (Днепропетровск? - Сама ты Днепропетровск, было - ДмитрийПетрович) - Чапай - ИУльяха!". Или добежать, укрывшись куртками, до зановской остановки и пить там водку, громко петь и встречать поезда и молоковозы или целоваться.
Немогунемогунемогу!

Моя милая раздолбайка Алёнка в Москве, от чего еще больше хочется на Горняк и в богоспасаемый город Е.:
Сегодня ездили в Воскресенск к Юльке. И, знаете, если на земле есть филиал ада, то это всё-таки не Курский, а Казанский вокзал. Мы с милдружком пили водку с яблоками, после чего милдружок, по горняковской традиции, прилег вздремнуть на травке. Перед отъездом горланили песни.
Наверное, Юлькин муж в восторге от ее друзей.

В общем-то, мне не страшно.